Принцесса 13

Проклятие

От замка Пламен мы успели удалиться буквально за полосу ближайших деревень, туда, где за чахлым лесом начинались затянутые кустарником разрозненные скалы, что восточнее превращались в Лирский хребет. Начиналась гроза. Дождь уже похлопывал по крыльям дракона медленным перестуком, а с севера над горами мелькали молнии. Нужно было срочно найти укрытие.

Драконица бережно опустила Иллу на крыле и она ступила на землю. Тихо. Не поднимая на меня глаз. Будто виноватая. Она повернулась. Подняла глаза:

— Вы совсем замёрзли. Из-за меня вы бежали из замка, не собравшись должным образом в дорогу.

Я рассмеялся. Да, я бежал из замка отца не думая о скарбе. Да, я действительно промёрз, до костей. Да, у меня с собой ни съестных припасов, ни одеял. Но мой меч на поясе, кошель с имеющимся немногочисленным  золотом тоже, а доспехи и всё что по сути нужно мужчине в дороге где-то там  ближе к Эзульдаму, на спине моего коня, что идёт в Ират вместе с Гелефом.

А ещё, что самое главное, я бежал так быстро, потому что имел основное для этого путешествия — цель. Необходимость. Непререкаемую надобность этого похода. С ней одной уже можно было отправляться в дорогу куда угодно.

Я спрыгнул на землю. Встряхнулся, пытаясь согреться. Оскалился в улыбке:

— Не волнуйтесь, леди, я привык к малому. Всё самое важное в этом путешествии со мной. – В каком-то залихватском угаре я похлопал по спине драконицу. Зверю нельзя показывать страх. Особенно, когда он действительно опасен. —  Арис, детка, я обследую камни, здесь обязательно должен сыскаться какой-нибудь грот, поможешь мне развести костёр?

Чудовище повернуло на меня голову, пронзив своим немигающим взглядом, то ли осуждая за бесцеремонность, то ли проверяя в своём ли я уме. А потом поднялось на лапы, демонстрируя свою готовность помогать.

 

Наверное, сам я смог хоть как-то привести мысли в порядок только когда уже согрелся у костра. Илла сидела рядом со мной. Укрытая тем же плащом, но всё же, насколько это возможно, поодаль. Она старалась не смотреть на меня. Замершая в своих мыслях, следящая за язычками костра, вспыхивающими и гаснущими под вертелом   унизанным небольшими кусками мяса.

Массивный каменный выступ укрывал нас от извергающегося с небес дождя. За его пределами вода стеной лилась на землю, барабанила по уже изрядно намокшей земле и камням, грохотал гром, сверкали молнии. Арис  с трудом втиснувшаяся под выступ увлечённо хрустела и чавкала своею частью оленя. Собственно это была её добыча. Гигантского монстра, которого я лихо  хлопал по бокам, звал то «деткой», то «красоткой», а в финале велел свалить старое дерево для этого костра, поджечь его и поймать что-нибудь к ужину.

Драконица не слушалась Иллы, да и меня тоже по стольку, поскольку. И рыцарство ей было не знакомо. Хотя тут глупо было мечтать… Она скорее была отдельным вольным членом отряда. Грубой наёмницей. Сильной, вспыльчивой, задиристой, но в глубине своей воинской души всё-таки преданной хозяйке. Не зверем. Потому что звери не понимаюсь так шуток и разговоров. Арис понимала. Но и человеком она не была, потому что люди, даже самые погрязшие в крови войны, контролируют свою ярость.

Драконица  не контролировала. У меня до сих пор стоял перед глазами выжженный луг всего где-то в миле от этого места. Там, где завидев дракона, глупые мальчишки-пастухи вскинули свои деревенские луки в её сторону… В пепел! И я не смог её остановить.

В голове складывались части произошедшего. Я был самонадеян! Гулять с драконом по селению? Я ведь тогда знал, что зверь где-то рядом. Просто полагал, что смогу сдержать её … Илла в замке? Там где моя сестра, тетка, племянники…

 

Драконица закончила ужин и вытянулась на земле втиснув под навес даже доселе мокнувший хвост. Я погладил подставленный чешуйчатый нос. Огромный нос очень опасного полузверя. Потом проверил жарящееся мясо. Снова поймал виноватый взгляд Иллы и плюнув на условности обнял её за талию, притянув к себе:

— Не смейте винить себя, леди, в том, в чём не имели выбора. Делайте выводы, но не мучайте себя виной.

Она вздёрнула носик.  Хотела что-то сказать, но замерла на полуслове. Потом видимо постаралась успокоиться, заставила себя сесть прямо, перевела взгляд на мою руку на своём теле:

— Сэр, ваши манеры не слишком вольны?

Я тоже посмотрел на свою руку, обнял девушку ещё покрепче и усмехнулся:

— Нет, почему же. Мы же с вами официально обручены. Помните? Я приходил к вам свататься, вы обещали подумать, а потом согласились совершить со мной путешествие в замок моего отца. Возможно, традиции королевской семьи более строги, но в тех, в которых воспитывали меня, я точно уже имею право обнять свою невесту оберегая от холода в лесу у костра.

Наверное, это было глупо. Нужно было быть сдержанней, чтоб не напугать леди.  Наверное…

 

Илла развернулась ко мне в удивлении и каком-то праведном негодовании, но спустя мгновение всё это её негодование будто сдулось:

— Вас нисколько не пугает, что я чудовище? Совсем?

 

Я бы соврал, если бы сказал, что не боюсь. Что ни на мгновение не задумался о том, чтоб увести Иллу подальше от замка отца, а потом сбежать  самому прочь. Сказочные, абсолютно бесстрашные рыцари в реальном мире живут до первого боя. Так что задумался. Ещё как! Но взвесив другие варианты моей жизни, решил, что всё же стоит рискнуть. Попробовать… Тут сомнения даже не столько в самом драконе. Могучий малоуправляемый зверь это лишь половина опасности. Другая: Илла и Арис одно целое это как? Хрупкая юная девочка и толстокожий смертельно опасный зверь? Что с ними будет если Илла примет своего дракона? Чем она станет? Или они…

Хотя, не смотря на все мои сомнения, наверное, сейчас девчонке нужно было всё равно сказать что-нибудь ободряющее. Улыбнуться и уверить, что всё хорошо, опасности нет… Только, я бы и сам себе не поверил! И её доверие потерял. Поэтому продолжая прятать неуверенность за бравадой, я лишь ещё раз погладил твёрдую чешуйчатую морду уткнувшуюся в моё бедро и, пользуясь случаем, обнял Иллу уже обоими руками.

— Илларис, то, что вы не похожи на других, ещё не делает вас чудовищем. То, что не понятны — тоже. Кстати… леди Илла, я уже заслужил права быть посвящённым в семейные тайны? Расскажите мне, как вообще так вышло, что вы и Арис одно целое.

Да, больше сведений это именно то, что спасёт ситуацию.  Неведение рождает страх. Знания позволяют принимать решения.

Илла, следившая за моим ответом очень внимательно, отвела глаза и, как-то очень осторожно и одновременно отчаянно, положила голову мне на грудь:

— Это проклятие, сэр. Древнее проклятие по женской линии семьи. Говорят, когда-то моя  пра-пра-пра матерь добровольно приняла его, чтоб сохранить в этом мире магию. Только видимо что-то не получилось. У дракона нет магии. Он просто очень сильный зверь. Идеальное оружие. Машина войны…  Когда носительница проклятия умирает, оно переходит к одной из её потомков. Дочке, внучке, правнучке – единственное условие – незамужней и не имеющей избранника. Моя прабабушка, королева Эзульдама носила это проклятие почти семьдесят лет. Драконицы обычно живут долго. Когда она умерла, зверь переметнулся на мою кузину, Гисэйлис. Только… Гисэйлис не удалось слиться с драконом. Её чудовище  принесло  много горя семье. А потом и она сама не вынесла мук и убила себя… Мне было двенадцать, когда на моих запястьях впервые обозначились проклятые чешуйки. В порыве гнева… Матушка тогда увидела их и тут же перестала меня бранить… Они стали меня бояться. Все! А отец прогнал моих учителей музыки и танцев, всех дам, что воспитывали меня, и подарил мне скакуна. Самого быстрого из тех, что нашёлся в столице. У драконицы другая судьба…

Девчонка подняла на меня глаза. С какой-то надеждой и страхом. Я был нужен ей! Как я мог сомневаться?! Нужен как тот, кто поверит, примет, не испугается. Я  улыбнулся. Она отвела взгляд, но на губах всё равно отразилась ели заметная улыбка:

— А перед самым моим совершеннолетием…  мне шили платья… белошвейка суетилась, и всё ни как не могла сделать как следует. Я рассердилась и появился дракон… тогда ещё совсем маленький, не больше крысы, да и огонь его был не сильнее пламени свечи, но той же ночью отец собрал отряд и отвёз меня в драконий замок. История с Гисэйлис заставила его подчиниться заветам предков. Оставить меня одну с драконом. Я не виню его. Я всё понимаю… Королевству очень нужен дракон.

 

Она замерла. В эту короткую паузу замолчало всё, даже дождь казалось стал тише, лишь дыхание дракона и девчонка, прижавшаяся к моей груди:

— Только, знаете, — Илла вскинула голову. В глазах её стояли слёзы. – Это не справедливо!  Илларис это моё имя! Отец дал мне его при рождении! Почему же теперь, когда вдруг появилась она, я могу принять это своё взрослое имя только слившись с ней?! Я не хочу быть чудовищем!

Она плакала. Рыдала почти как тогда на поляне. В унисон струям дождя. Выплёскивая боль. Я обнимал её. Драконица свернулась полукольцом вокруг нас, закрывая от непогоды и мира вокруг.

Сейчас нужно было бы успокоить девчонку, сказать что-то ободряющее, пообещать защиту. Нужно было сложить в голове все вываленные на меня откровения, соединить, понять и разгадать… Только складывать моя голова вот именно в этот момент была не способна.

К моей груди прижималась леди… Её волосы пахли какими-то цветами, мылом и ещё чем-то очень лёгким, истинным. Она плакала. Держалась за мою куртку прижимаясь, рыдала, но заставляла меня думать только о том, что по-настоящему куртка не такая и плотная… что я чувствую каждое её прикосновение, дрожь пальчиков, слёзы впитывающиеся в ткань…

Я никогда не был обделён женской лаской. Молод, статен, да и рыцарские регалии всегда очаровывали девиц безотказно. Только это были другие женщины.  Подавальщицы в тавернах, служанки, пустышки жаждущие объятий все ровно с кем или ещё лучше ждавшие монеты от господина. Я никогда не воспринимал их по-настоящему женщинами. А тех, кого воспринимал, никогда не чувствовал так близко… так пронзительно рядом.

Илла снова вскинулась:

— Вазгар, скажите, разве чтоб повзрослеть нужно превратиться в чудовище?!

В залитых слезами глазах как отражение моих собственных демонов клубились отблески нашего костра… розовые полосы от слёз на щеках… удивительно манящие губы, тонкие маленькие пальчики на моём воротнике…

Нужно было что-то ответить. Что-то спокойное, благородное, полное мудрости и взрослой сознательности… или уже сжать женщину в моих руках и попробовать на вкус эти самые губы… слизнуть слёзы с её подбородка и без всяких умностей наобещать всё и сразу… потому что как-то соизмерять, осознавать размеры обещаемого я буду просто не способен… не с ней.

Нужно было отвечать, но я молчал. Это было не правильно. Илла отстранилась. Ещё раз взглянула на меня и отвела взгляд. Я непроизвольно попытался удержать её, и, только поняв это, отпустил. Всё что только что вырывалось наружу теперь с силой заковывалось внутрь, убиралось под замки облика… Хрупкие плечи расправлялись, в то же время замирая, становясь жёстче. Поднимался подбородок. Взгляду возвращались королевские черты.

Я чувствовал себя мальчишкой, который вдруг забыл как обращаться с женщинами: явился на женскую половину в грязной ратной куртке и обтоптал сестре подол платья:

— Простите, леди.

Она попыталась улыбнуться. На заплаканном лице улыбка вышла слегка натянутой.

— Вам не за что извиняться, сэр. Я сама виновата. – Она принялась утирать лицо – Спасибо, что даёте мне ощущение моего собственного выбора. Или хотя бы время принять его…  Вы более чем правы. Мы с вами сосватаны. Выбор делает дракон, и она выбрала вас. Простите. Мне стоит умыться.

Спешно отвернувшись, Илла на мгновение замерла, потом снова выпрямилась, грациозно подобрала подол платья и презрев ещё слегка накрапывающий дождь, направилась вниз с холма, туда где в зарослях журчал ручей. Восхитительно стойкая. Драконица за моей спиной грузно поднялась, пачкая меня липкой слюной лизнула от уха до затылка и неуклюже переставляя лапы двинулась вслед за принцессой.

Давно я не чувствовал себя таким болваном.

Над землёй всё так же под перестук последних капель дождя стояла ночь. В костре потрескивали поленья. Пахло жаренным мясом… Кстати, уже возможно излишне жаренным. Я скинул плащ, надеясь, что холод вечера приведёт мои мысли в порядок. И занялся нашим ужином.

 

Вернувшись Илла некоторое время молчала, занимаясь едой и украдкой поглядывая на меня из-под ресниц. От слёз не осталось и следа. Она успокоилась. Отвлеклась. И теперь на лице её даже мелькала лёгкая улыбка. А в бросаемых взглядах соседствовало совсем детское любопытство и даже некоторое наивное девичье кокетство. Я старательно не поддавался. Нас ещё ночёвка ожидает.  Так что я прятал улыбку за куском мяса и пытался  развернуть  своё внимание к загадкам, а не к женщине так влекущей его.

Загадка… Проклятье. Дракон. Кадар сам привёз дочь повинуясь традиции…

— Леди Илла, можете объяснить мне ещё одну деталь вашей истории. Я правильно понимаю, что отец привёз вас в драконий замок чтоб выдать замуж по обычаю предков? – Она изящно кивнула. – И вашему отцу известно, что выбор делает дракон?

Улыбка совсем спала с её лица. Она поджала губки и снова кивнула.

— Тогда почему надпись на камне этого не объясняет? Даже намёка не даёт! Почему есть только «совладать»? Любой воин понимает это слово как «сразить»?

Илла достала из складок юбки платок, утирая руки:

— И это сделано с умыслом, сэр. – Она подняла на меня абсолютно бесстрастный взгляд – дракон моей прабабушки выбрал единственного мужчину, который сумел его ранить, выйдя на бой один на один с одним лишь мечом в руках.

Регул ранил дракона одним лишь мечом в таком бою? Я вдруг проникся огромным уважением к прадеду своей … наверное невесты… причём кажется без выбора с моей стороны. Ни то чтобы я жаждал отказаться, просто… всё очень запутанно.

Илла вздохнула:

— Только, драконы тоже разные и выбор делают по-разному. Дракон бабушки моей прабабушки совсем не понятно как выбрал. Просто однажды отказался драться с явившимся рыцарем, начав вместо этого с ним играть, а потом не позволил мужчине уйти. Хотя… говорят её избранник был очень красив. – Девчонка отвернулась к огню —  А мой дракон, как видите, вообще продался за горсть сладких кренделей.

Она снова немного устало  улыбнулась. Рыжие всполохи костра отражались на её волосах, поблёскивали на камнях диадемы, искрились в отводимом взгляде.

— Илла, вы сказали, что получите право называться полным именем только когда примете дракона?

Она ещё раз вздохнула:

— Да. Моё совершеннолетие состоит в его принятии. Как бы бессмысленно это не звучало.

— Ну, ни то что бы совсем бессмысленно. Вы примите его силу. Многие обряды совершеннолетия разных народов связаны с принятием силы. Добавите его качества к своим.

Девчонка вскинулась:

— Какие? Уродство? Жестокость? Несдержанность?

Разговор ранил её, но несомненно был нужен.

— Илла, уродство это всего лишь отсутствие красоты. Вся красота уже в вас. Взрослея, никто не становится красивей. Жестокость это способность принимать трудные решения. Несдержанность – входить в боевой азарт. Если соединить их с вашей волей и умом это сделает вас сильнее.

Да, разговор был нужен. Она упёрла на меня взгляд будто готовая защищаться. И словно столкнулась с моим, теряя напор:

— Я девица! Зачем девице быть сильной?!

Я усмехнулся. Воздух между нами будто собирался грозой, причём совсем не от разговора:

— Ну… тут смотря что вы понимаете под словом «девица». Если ребёнка еще не доросшего чтоб называться женщиной, то да: ребёнок может быть слабым. Это его право. Если же говоря «девица» вы имеет в виду взрослую женщину пока не выданную замуж, то нет: быть взрослым значит быть сильным. Значит, нести на себе заботу о тех, кто мал или стар, ответственность за свой дом, замок, людей, земли. Моя мать в отсутствии отца держала владения твёрдой рукой, ни в чём ему не уступая. Разве ваша матушка не поступает так же? Разве её можно назвать слабой?

Илла улыбнулась:

— Когда у управляющих есть выбор, они предпочитают докладывать отцу, а не матери. Говорят, она невероятно строга за некоторые оплошности.

Я всё-таки не выдержал, взял её за руку, коснулся губами её ладони, а потом прижал к своему лицу:

— Леди, не путайте слабость с нежностью. Нежность это умение уступать, способность дарить любовь и тепло. Слабость это неспособность дать отпор, постоять за себя и своё. Нежный не значит слабый.

Мне хотелось, чтоб она улыбнулась. Чтоб снова прижалась ко мне, или уже отошла на приличное для леди расстояние. Хотя нет, я совсем не хотел чтоб она отошла. Я бы понял, но хотел бы другого… и хоть я  ни на мгновение не забывал о чести дамы, я был бы счастлив  снова ощутить прикосновение её ладошки…

 

« предыдущаяследующая »

Как не пропустить новую главу?

1. Вы можете подписаться на обновления этого сайта (вам будет приходить на почту когда я что-то выложила) :


Рубрики: | Метки:
Редактировать:
Напишите комментарий



Моё творчество

Романы Ольги Талан. Женское доминирование
  • Свежие комментарии

  • Метки

  • Рейтинг русскоязычных сайтов о Женском ДоминированииРейтинг русскоязычных сайтов о Женском Доминировании
  • счётчики

    Рейтинг@Mail.ru
    Топ100- Эротические рассказы
  • Дизайн сайта Miss Udacha
  • 

    Обсуждение закрыто.